July 20th, 2016

goggles

Поэзия на темы месяца

Я тоже недавно сдавал мочу,
И с мочой у меня теперь всё хорошо.
А мой друг вчера поймал Пикачу,
Но Пикачу оказался совсем небольшой.

А другой мой друг угнал грузовик,
Он был полон пломбира и эскимо.
Он начитался разных духовных книг
И, рыдая, кричал, что жизнь дерьмо.

А третий мой друг ушел от жены,
Ну то есть не совсем ушел - живет пока с ней.
И она ему, плача, жарит блины,
А он ей врет, что он теперь гей.

А четветый мой друг сошел с ума
И купил из-под полы духовой пистолет.
Он стреляет из него - и точно весьма
Всех тех, кто считает, что бога нет.
goggles

Три мушкета (небольшая пьеса)

Первый день д'Артаньяна в Париже

Идя неспешной походкой по рю Риволи, д'Артаньян сталкивается с Атосом.

- Сударь, простите великодушно. Задумался при ходьбе.
- Ничего, сударь, бывает.
- Скажите, сударь, вы, никак, мушкетер?
- Он самый, сударь.
- А где же, простите, ваш мушкет?

Атос пожимает плечами и бьет д'Артаньяна эфесом шпаги по голове. Тот падает, и его окружает толпа сердобольных парижан, которая принимается шарить у него по карманам. Ничего там не найдя, грустно расходятся. Вскоре прибывает телега скорой помощи, которая отвозит д'Артаньяна в госпиталь, что напротив Нотр-Дам.

Месяц спустя

Д'Артаньян снова идет по рю Риволи. Он слегка покачивается при ходьбе вследствие злоупотребления обезболивающими лекарствами растительного происхождения. При этом голова у него всё равно болит, и он ведет с ней мысленные диалоги, называя ее "каналья".

В таких рассеянных чувствах он сталкивается с Портосом. По одежде можно определить, что тот мушкетер, так что д'Артаньян сразу переходит к делу: "Так где ваш мушкет-то, сударь?" Портос начинает рыться по карманам, потом хохочет и хлопает д'Артаньяна по плечу: "Каналья!" Тот со стоном обрушивается на мостовую и тихо лежит. Сердобольные парижане, наученные горьким опытом, обходят его стороной.

Год спустя

Д'Артаньян бредет по рю Риволи, толкая перед собой колченогий стул из магазина Бонасье. Он плохо видит и слышит, и у него в кармане лежит последняя доза болеутоляющего. Он старается об этом не думать, отчего, не переставая, думает только об этом. Он пытается увидеть себя через пять лет, но его третий глаз заволокло туманом.

Столкнувшись с улыбающимся Арамисом, он бормочет "Сударь...", но Арамис прерывает его легкми щелчком по носу. Д'Артаньян валится на мостовую и более не двигается. Собравшимся зевакам Арамис, не теряя улыбки, говорит, что это дело рук гвардейцев кардинала.

Похороны

Возмущенные неслыханным коварством мушкетеры несут гроб д'Артаньяна (которого посмертно сделали почетным капитаном). На крышке гроба, в специальном углублении, лежит позолоченный мушкет. Присутствует вся знать, кроме Ришелье, который, по слухам, уже второй день играет с миледи в шахматы на раздевание. Король наклоняется к королеве: "А вот и д'Артаньян, дорогая. Где же ваши подвески?"

Занавес